|
Конечно же, период сурового администрирования наложил определенный отпечаток на издательский процесс, лишив его творческого начала. Но многое в бюрократизме и консерватизме и от специфики издательского дела со времен  его становления в рамках цепочки: автор - издатель - читатель. Противоречия между автором и издателем родились не при социализме, а, конечно же, раньше и существовали не только в нашей стране.
Суть их в убеждении автора, что принес он в издательство, по меньшей мере талантливое произведение, хотя во многих случаях он преувеличивает значимость своего творения. Принимая рукопись, редактор объективно становится первым ее судьей. Верно, что правильную оценку произведению могут дать только время и читатели. Но первая-то принадлежит издателю, который проявляет закономерный субъективизм и консерватизм. И это в какой-то мере неизбежно, ибо количество рукописей всегда превышает издательские возможности. И на тернистом творческом пути книги издатель, быть может, одно из самых серьезных препятствий в конкурентной борьбе за право быть изданной.
Хотел бы сказать и еще об одном - о положении редактора, который порой несвободен в оценках. Это та же питательная среда издательского бюрократизма. Ведь не секрет, что на издателя нередко оказывается мощное
69
68давление со стороны "литературных генералов". И каждая уступка — день рождения заштатного произведения, по недоразумению именующегося книгой. Нынешняя демократизация издательского процесса должна предусматривать освобождение редактора от этих пут.
На Западе, как известно, в основу книгоиздания заложен принцип — может быть издана любая книга.
|
